Контрабандист

Этот день ничем не отличался от своих предшествующих собратьев, да и от последующих тоже. Редкие посетители переулка, скука и ожидание, повисшие в воздухе. Казалось, что всё вокруг пропитано ленью и сонливостью. Лишь изредка, как-будто волна прокатывалась по переулку - новый покупатель. В глазах хозяев этого местечка начинал светиться огонёк близкой наживы. Но как только посетитель выбирал себе продавца, у отвергнутых этот огонёк тонул, и гнетущая сонливость вновь воцарялась над переулком.
Однако никогда тишина не длилась слишком долго, вновь в переулок быстро сворачивал очередной клиент. Он пару секунд стоял, привыкая к царящему здесь полумраку, а потом размеренным шагом шёл вдоль переулка. Продавцы гостеприимно распахивали свои плащи, как заправские эксгибиционисты, только они не собирались демонстрировать свои телеса. На внутренней стороне их плащей были расположены сотни кармашков с товаром.

***

Сзади слышен громкий топот. Странно, вроде земля должна приглушать звуки, но тяжёлые, подкованные металлическими полосками ботинки, стучат по ней с громкостью достойной мраморного пола.
Чёртова контрабанда, никогда ничего качественного не предложат. Я продолжаю бежать вперёд, не оборачиваясь. Зачем? Я и так знаю, что там три гориллоподобных амбала с огромными пушками. Как будто они пытаются размерами оружия компенсировать количество мозгов.

Впереди узкий проулок. Даже я могу поместиться там только боком. Будем надеяться, что они туда не пролезут. Я быстро проскакиваю по проходу, перепрыгивая через кучи мусора и какие-то коробки. Прячусь за небольшим выступом и осторожно выглядываю.
Тут же, в миллиметре от моего носа, медленно вращаясь, пролетает пуля и со смачным чмоканьем влипает в кирпичную стену. Я уверен, что это не моё сознание растянуло время, чтобы я мог полюбоваться целенаправленным полётом кусочка свинца, а именно сама пуля двигалась медленно и неторопливо. Кроме того, она оставляла за собой дурно пахнущий ярко-сиреневый след.

Чтобы я ещё раз связался с контрабандой? Ну уж нет. Лучше переплачивать, пользуясь магазинами, нежели потом иметь такие последствия. Ещё одна пуля расползлась кляксой на стенке, а в воздухе появилась новая дурно пахнущая сиреневая полоска.
Не выдержав этого запаха, я чихнул. Глаза чуть не вылезли на лоб - стенка напротив прогнулась от моего чиха и теперь напоминала пруд, в который кинули камень. Натурально, обычные волны, расходящиеся из одной точки во все стороны. И это по кирпичной стене.
Этот шанс нельзя было упускать. Зажмурившись и вытянув руку вперёд, я прыгнул прямо в то место, куда несколькими секундами ранее чихнул.

***

Очередной посетитель чем-то неуловимо отличался от всех остальных. У него не было на лице той маски брезгливости и отрешённости от этого места. Он точно знал, зачем сюда пришёл и что именно ищет.
Посетитель шёл вдоль приветливо улыбающихся продавцов, услужливо распахивающих перед ним свои плащи. Но он искал только одного. Наконец он остановился перед ни чем непримечательным человеком, который не спешил представить свой товар на обозрение.

- У тебя есть то, что мне нужно. - Даже не спросил, а констатировал покупатель.
- Не уверен. - Продавец не спеша рассматривал посетителя. - Не думаю, что у меня для тебя что-то найдётся.
- Значит, я не ошибся. И ты именно тот, кто мне нужен. - Покупатель удовлетворённо улыбнулся и кивнул. - Мне нужен импорт.
- Твой выбор. - Пожал плечами продавец. - Смотри. Лучший импорт в этом городе.

Он, наконец, расстегнул свой плащ. На его одежде, включая полы плаща и рубашку, было не менее двух сотен прозрачных кармашков. В каждом из них лежал тот самый импортный товар. Покупатель кивнул и углубился в изучение ассортимента.

***

Интуиция меня не подвела. Стена легко поглотила меня, а спустя мгновение, я уже стоял в какой-то кладовой. Вокруг валялся какой-то хлам, еле различимый в темноте. Пахло какой-то химической дрянью, что так любят в огромных количествах использовать уборщики. Впереди маячила небольшая полоска света, видимо пробивающаяся под дверь.
Я, аккуратно, чтобы не шуметь, подошёл к двери. За ней было практически тихо. Иногда раздавался какой-то стук, а за ним следовало тихое шипение. Осторожно приоткрыв дверь, я выглянул.

Картина, представшая моему взору, была весьма поганой. Свет давал только торшер, опрокинутый на пол. На журнальном столике лежал пистолет, а подле него, лениво раскинув лапы, дремал большой белый кот. Но самым паршивым был висельник, болтающийся на крюке, которые обычно используют для светильников, или люстр.
Он равномерно покачивался из-за сквозняка и задевал носком ботинка журнальный столик. Кот в ответ на это лениво шипел. Скрип открываемой мною двери отвлёк животное от его монотонного занятия. Кот повернул голову в направлении меня и недовольно заурчал.

Я медленно подошёл к столу и аккуратно, двумя пальцами, взял револьвер. Он был ещё новый, весь в смазке. И из него ни разу не стреляли - ствол был чистый, без гари и царапин. Осторожно откинув барабан, я с удивлением заметил там всего один патрон.

- Либо этот бедняга собирался застрелиться, а потом передумал. - Задумчиво пробормотал я. - Либо одно из двух.

Привычка разговаривать с собой в неприятных ситуациях так же неискоренима, как и любовь ко всему неизведанному.

- Я бы сказал, что "из трёх". - Сказал голос у меня за спиной.

***

Посетитель слегка касался прозрачных кармашков пальцами и что-то бормотал себе под нос. Изредка он показывал на один из карманов и спрашивал что-нибудь типа:

- Китай?
- Малайзия. - Согласно кивал продавец, профессионально пряча улыбку.

Покупатель некоторое время хмурился, а потом опять приступал к просмотру кармашков. Его палец равномерно двигался вдоль рядов товара. На некоторых он останавливался дольше других, но вскоре опять продолжал движение.
Наконец посетитель тихо и восторженно вздохнул. Палец остановился на одном кармашке, в котором покоился перламутровый шарик. По его поверхности медленно дрейфовали чёрные и белые пятнышки. Он был единственным таким из всего ассортимента. Остальные были ярких цветов и походили на небольшие шарики из стекла, или камня, для детских игр.

- Тибет. - Ласково произнёс покупатель, поглаживая шарик через прозрачный материал кармана.
- Да ты знаток! - С плохо скрываемым ехидством буркнул продавец.
- Качественный?
- Я же говорил, что у меня только лучший импорт.
- Срок действия?
- Сам понимаешь, что в этом никакой определённости нет.
- Да, я это знаю. А всё-таки?
- Около суток продержит.

***

Я стоял, не шевелясь и даже не дыша. Как я пропустил присутствие человека в комнате - непонятно. Я не слышал шагов, а значит, он находился здесь всё то время, что я нерешительно осматривал место происшествия. Голос у него был тихий и спокойный. Поэтому я позволил себе слегка расслабиться и стараясь не делать резких движений, обернуться.
Незнакомец сидел в самом тёмном углу комнаты. Там стоял ряд кожаных кресел и маленький стеклянный столик с кипой журналов. Почему-то именно сейчас больше всего меня занимали мелкие детали. Например, я заметил, что на обложках журналов были изображены полуодетые красотки. Или полураздетые – тут было сложно определить наверняка, поскольку на большинстве из них были только туфли с непомерно длинными каблуками.
Свет едва доходил до незнакомца. Были видны темно-коричневые брюки с идеально острыми стрелками и руки в чёрных кожаных перчатках, лежащие на коленях.

- Положи пистолет. Достаточно того, что ты оставил на нём свои отпечатки. – Незнакомец был уверен в себе и голос оставался спокойным.
- А если не положу? – С вызовом спросил я. Не для того надо было спасать свою задницу, чтобы какой-то тип указывал мне что делать.
- Тогда я тебе сделаю очень-очень больно. – Тон незнакомца не изменился ни на йоту.

У меня выступил холодный пот. Всего на несколько мгновений спрятавшаяся из пятна света рука в перчатке, вернулась, сжимая «Десерт Игл» пятидесятого калибра. Чёрный зрачок ствола смотрел прямо мне в живот. Боковым зрением я увидел кота, который спрыгнув со стола пошёл в направлении журнального столика. Когда он прошёл через луч света, шкура плавно поменяла свой цвет на чёрный.

- Спокойно, приятель! – Я немного занервничал. Не люблю, когда в меня целятся. – Давай договоримся!
- О чём? – Так же ровно и без интонаций произнёс незнакомец.
- О твоей жизни! – Отчаянно крикнул я и выстрелил в то место, где должно было бы быть тело моего оппонента.

В тот же момент ствол его пистолета дрогнул, выплёвывая облачко огня. Я мгновенно упал на пол и попытался откатиться с линии огня.

***

Дверь громко хлопнула, человек недовольно поморщился, но тут-же восстановил на лице прежнее выражение, нечто между нетерпеливостью и предвкушением чего-то весьма приятного. Человек скинул с плеч плащ и, быстро стянув ботинки, прошёл на кухню. Там наполнил чайник и поставил его на огонь.
Синенькие язычки газового пламени ласково облизывали его, почерневшее от времени, дно. Вскоре чайник запыхтел, и, человек, сидевший до этого неподвижно, вскочил и начал с плохо скрываемым нетерпением носиться по кухне. На столе почти мгновенно появился слегка потемневший маленький заварник и чашка. К чашке присоединились маленькая ложка и блюдечко.
Недавно купленный шарик, чуть-ли не с почтением, угнездился в ситечке заварника и уже там продолжил перемещать по своим бокам чёрные и белые пятнышки. Человек аккуратно налил кипяток из чайника в заварник.
Вода закрутила шарик в водовороте и пятна на его боках слились в однотонный серый цвет. Он слегка потрескивал от кипятка и немного увеличивался в размерах. Наконец, под напором горячей воды шарик, лопнул и вода окрасилась в те самые чёрные и белые пятна, которые он хранил в себе. Медленно и аккуратно человек перелил содержимое заварника в чашку, слегка подул на воду и стал равномерно помешивать чёрно-белую жидкость. Он с удовольствием наблюдал за мельтешением пятнышек по поверхности воды.
Когда жидкость остыла, он аккуратно вынул ложку. Отряхнул её, и залпом выпил содержимое чашки. После чего расслабленно откинулся на спинку стула и закрыл глаза. По губам у него блуждала сладостная улыбка.

***

Откатился я слишком неудачно: рядом была стена и я со всего размаху впечатался в неё. По идее, я должен был сильно удариться об неё плечом и откатиться назад. Однако эта стена тоже повела себя весьма странно. Она с утробным чавкающим звуком поглотила меня и, через мгновение, я ощутил, что лежу на траве.
Сзади от меня, находился густой лес. Резкий запах хвои, буквально, разрывал лёгкие. С другой стороны был обрыв в горную реку. Интересно, чем руководствовалась та стенка, когда выплёвывала меня сюда.
И вдруг я понял, что жутко устал. Уже прошли сутки, после того, как я выпил содержимое того заварника, а адское зелье всё не прекращало своё действие. Наверное, действительно стоило зайти в нормальный магазин и приобрести лицензионный товар. Но как всегда захотелось экзотики, которую легально невозможно найти.
Я встал, отряхнулся, хотя на земле было относительно чисто, и тогда позволил себе более детально изучить местность в которую я попал.
Обрыв был подковообразной формы. Он создавал небольшой пятачок земли, который отсекался стеной леса. То есть, фактически, у меня был только один путь отсюда – в лес. Однако, когда я услышал глухой топот, я понял, что мне придётся искать другой маршрут отступления.
Думал я непростительно долго. Буквально через минуту на полянку, ломая деревья как щепки, вывалились те самые гориллы, которым не удалось подстрелить меня в переулке. И, разумеется, сразу взяли меня на прицел. С этими ребятами в переговоры вступать было бесполезно. Как-либо их обмануть – не представлялось возможным. А уж победить в честном поединке – тем более самоубийственно. Особенно учитывая то, что пистолет, который я всё ещё сжимал в руке, был без патронов.
Я стал отступать, к теперь уже точно единственному, пути отхода. Буквально через пару шагов трава кончилась и я остановился. Гориллы, шедшие до этого ко мне, тоже встали. Это походило на какую-то аллегорическую пантомиму. За всё время наших телодвижений не было произнесено ни одного звука.
Решив не дожидаться активных действий моих оппонентов по содержательной беседе, я развернулся, и сильно оттолкнувшись от края обрыва, прыгнул вниз.

Когда падаешь продолжительное время, падение перестаёт быть таковым. Начинает казаться, что ты лежишь на какой-то крупно ячеечной сетке, а снизу тебя обдувает огромный вентилятор. И если отвлечься от приближающейся земли, то можно поверить в то, что ты просто летишь. И не важно, что слева и справа проносятся вверх стены обрыва. Ты просто летишь. Паришь как птица, и начинает казаться, что стоит только взмахнуть руками, как ты взмоешь к облакам, и полёт будет продолжаться вечно.
В мой измученный мозг втекла одна мысль. Она заполнила всё сознание и билась в каждой клетке моего организма. Отпихивая, верещащий в панике, разум и рассудок. Порождая панику и отключая здравый смысл. Она билась в стенки моей черепной коробки, пытаясь вырваться в последнем диком крике.

Успею ли я вырваться из этого наваждения, прежде чем достигну дна ущелья?